Опубликовано Оставить комментарий

Проклятая книга

Кто такие демоны и откуда они приходят.

История вторая.

Проклятая книга.

— Эй, дрыщ!

При звуках этого голоса я втянул голову в плечи и посеменил быстрее.

— Стой, дрыщара! Разговор есть!

А я так надеялся, что он меня не заметит. Дима, рослый и широкий в плечах одноклассник, стал моим проклятием с того дня, как его перевели в нашу школу. Уже три года он активно изобретал все более искусные способы измывательств и не только надо мной. Но я, как он сам говорил, был его самой любимой девочкой для битья. Он унижал меня словесно, постоянно подтрунивал, иногда давал поджопники и подзатыльники. Правда, никому другому подобных действий в отношении меня не позволял. Порой даже защищал от других ребят, говоря при этом, что только он может унижать меня. И хоть случалось, что я бывал ему благодарен за защиту, его издевательства оказались самым мучительным, что мне когда-либо доводилось переживать.

Потом Дима, не особо успевающий в науках, придумал новый способ пытки, который, по его мнению, был самым-самым, а я же от этого только испытал облегчение. Лучше делать вместо него домашние задания и писать рефераты, чем получать обидные прозвища и отстирывать плевки с одежды. Да и мог ли я отказать? Едва ли кто-то из учеников мог противостоять ему, даже многие из старшеклассников не хотели ему перечить. А учителя и управленческий состав школы считали, что у Димы просто очень сложный переходной период, что у него ломается характер и прочее, чему основной причиной были влияние его родителей и их деньги. Таким образом Дима, утвердившись в безнаказанности, продолжал вести себя как законченный говнюк. Что же до меня, то я самый обычный школьник, выделяющийся из серой массы учащихся разве что отличными оценками. Да и как вообще в наше время можно хоть чего-то не знать, когда любой ответ запросто получаешь, лишь сказав: «Окей, Гугл…»

Мама умерла, так и не поборов рак, на лечение которого у нас ушли все накопления, и завещав мне кучу старинных книг, квартиру, которую я не мог продать, и шкаф, что достался ей от деда. Благо была тётя Вита, мамина сестра, удачно вышедшая замуж и оформившая надо мной опеку. Имелись у неё и свои три сына, но она все же выделила для меня в их пятикомнатной квартире уголок. Эта спальня была обставлена новой мебелью и снабжена компьютером, но не столько для меня, сколько для работников социальных служб, которые иногда наведывались к ней после смерти мамы. В такие дни я после школы сразу шёл к ней, всем своим видом изображая, что живу именно там. На деле тётя Вита позволила мне остаться в своей школе и в своей квартире, полностью оплачивая все счёта. Так хотела мама, которая все время мне напоминала, что я не должен жить в другом месте, и старинный шкаф в одной из комнат ни в коем случае нельзя двигать, даже делая ремонт. Я слушал её и соглашался, стараясь не напрягать расспросами, к тому же мама сказала, что в рукописях, хранящихся в этом шкафу, найдутся ответы на все мои вопросы. Я обещал ей все прочитать. А ночами плакал, понимая, что время, проведенное мной с самым дорогим человеком, подходит к концу.

Похоронив маму, я честно попытался прочесть труды своих предков, нацарапанные чернилами на хрупкой бумаге. Но так до сих пор не дочитал ни одного. Причина в том, что там была какая-то ахинея про демонов и другие измерения.

— Ух ты ж, дрыщ! — Дима догнал меня, хватив за ворот, как провинившегося котёнка, и встряхнул. Впрочем, по сравнению с ним я и был котёнком.

— Ты куда ж так спешишь, что я еле догнал? — Дима расхохотался и больно ткнул меня пальцем под ребро. — Зову, зову, а ты все бежишь.

Я потупил взгляд, решив благоразумным промолчать. Впрочем, как и всегда.

— Там завтра реферат по литературе надо сдавать, — продолжил он, уже отпустив меня. — Надеюсь, ты уже все сделал?

— Я ещё и себе не сделал, — тихо сказал я.

— Ты себе можешь и не делать, мне все равно. А мне обязан, понял? Не то… — Он недвусмысленно подсунул мне кулак под нос. Раньше он никогда меня не бил, раздавал только толчки, подзатыльники, пинки, но часто грозился.

— Я сделаю, — просто ответил я, вызвав на лице своего мучителя одобрение.

— Тогда до завтра. — Он по-дружески хлопнул меня по плечу, отчего я едва не стал ниже на полметра, прогнувшись под тяжестью руки.

Он ушёл. А я испытал облегчение и быстрым шагом направился домой.       

Оказавшись в безопасности своего жилища, быстро пообедал борщом, сваренным мной вчера, и твёрдо вознамерился написать рефераты сначала Диме, а потом себе. Не хотелось мне испытать всю силу удара его кулака. Но стоило загрузить компьютер и подключить телефон к интернету, как на мониторах тут же возникло уже до боли знакомое сообщение белыми буквами на фоне красного квадрата, которое гласило: «Открой портал».

   Такие фразы приходили мне уже вот целую неделю, мешали сосредоточиться на учёбе и были основной причиной того, что рефераты до сих пор не готовы. Приказ открыть портал приходил мне во всех социальных сетях, падал на электронную почту, высвечивался на моих мониторах. Блокировки и чёрные списки не помогали, и я не мог отследить, кто мне их шлет, так как приходили они с разных адресов и номеров, от разных пользователей.

Все попытки сделать скриншот или фото такого сообщения не увенчались успехом, те просто не сохранялись. Сперва я думал, что это чей-то розыгрыш. Но кто мог так шутить и ради чего? Друзей у меня нет, я типичный одиночка. В школе со мной не стремились дружить. Девчонки обходили стороной. А внимание Димы к моей скромной персоне ничуть не прибавляло очков репутации.

— Ладно, разберусь с этим, как только закончу домашку, — вслух проговорил я, обращаясь к монитору компьютера. Свернул сообщение и приступил к реферату. Больше в этот вечер сообщения мне не приходили, что я нашёл несколько странным, будто мой ответ кто-то услышал. Так что благополучно закончил и лёг спать.

А утром, наскоро позавтракав, оделся и отправился в школу. Перед занятиями меня встретил Дима, и я отдал ему распечатанный реферат. Парень оценил мои усилия.

— Он больше, чем обычно. — Дима явно доволен. — Ну что ж, дрыщ. — Он потрепал меня по голове своей огромной пятерней. — Если получу хорошую оценку, дам тебе неделю отдыха. А может, и две. — Он подмигнул и удалился.

Я не мог поверить своим ушам. Дима, конечно, тот ещё козлина, но он всегда держал слово, в этом сомнений не было. Хотя стоило ли ожидать, что он выполнит то, что обещал мне?

Я отправился на уроки. День прошёл в относительном спокойствии. Несколько одноклассниц пытались меня задирать, но Дима пресёк это твёрдо и сразу, огласив басом: «Не трогать мою девочку!» Все засмеялись. Но других попыток предпринять не рискнули. И я вновь почувствовал благодарность тирану за защиту, хоть и действовал он более унизительно по отношению ко мне, чем когда-либо могли девочки, и оттого на душе было противно и обидно.

После уроков я направился к тёте Вите. Она позвонила и велела прийти, так как должны были наведаться социальные работники с очередной проверкой. Сытно пообедав всякими вкусностями, которые тётя готовила каждый раз к моему приходу, превращая обычную трапезу в праздник, я делал домашние задания с одним из братьев, моим ровесником. Программа в его школе была в разы сложнее нашей, и тётя Вита в очередной раз поинтересовалась, не хочу ли я к ним в лицей. Я ответил отрицательно. Впрочем, как и всегда. После мы с братьями играли в приставку, за этим занятием нас и застали представители социальной службы. Они все осмотрели, попили чай на кухне и ретировались. А я засобирался домой. Зловещее сообщение приходило на телефон ещё несколько раз. Я удалял его, стараясь, чтобы этого никто не заметил. Но тётя Вита была очень внимательна. После неудачных попыток выведать, кто мне пишет, она решила, что это какая-то девочка, раз ее имя держится в таком секрете. Я уже в выпускном классе, мне восемнадцать лет, и у Бори, моего брата, в таком же возрасте уже есть девушка, с которой они неразлучны в школе, а по вечерам ходят гулять. Правда, Боря выше меня на голову, весь из себя спортсмен, а я хоть и высокий, но щупленький, за это и получил от Димы прозвище «дрыщ». Я не стал опровергать умозаключений тёти, не хотелось рассказывать горькую правду о своём тяжёлом пребывании в школе и нежелании сверстников проводить со мной время.

Тётя Вита с нескрываемым удовольствием провела со мной большой разговор о том, как должно вести себя с девочками, закончив его, краснея, поведав мне о контрацептивах. Все это я и так уже знал, но, решив не расстраивать близкого человека, изображал интерес, как только мог. Поинтересовавшись, достаточно ли у меня средств, и сказав, что даст еще, раз уж у меня появилась девушка, она стала уговаривать меня остаться на ночлег. От денег отказываться не стал, хотя всего того, что она мне давала, было достаточно, так что я даже успел поднакопить некоторую сумму. Коммунальные услуги тетя оплачивалась сама, по интернету, а на карманные расходы давала достаточно, чтобы я мог покупать и продукты, и вещи, и книги. Она делала мне подарки, такие, как новый мощный компьютер, гарнитура, телевизор. Словом, все то, что покупала своим детям. Кроме одежды. Её я предпочитал выбирать сам, на рынках, постоянно уклоняясь от приглашений посетить дорогущий магазин вместе с их семьёй и выбрать там что-то для себя. Пустая трата денег, как я считал, это всего лишь одежда.

На ночлег согласился. Утром тетя отвезла меня в школу на своей иномарке, и я даже воспрянул духом, увидев реакцию одноклассников на автомобиль, в котором приехал. Первым занятием у нас была литература, где нам огласили оценки за рефераты. Дима просто просиял от услышанной похвалы и незаметно подмигнул мне. Я понял — слово он сдержит. Злополучные сообщения не приходили, я уже успел о них забыть. И все складывалось как нельзя лучше. До того момента, пока ко мне в коридоре не подплыла Мая. Именно подплыла. Её вальяжная походка создавала впечатление, что девушка не по коридору идёт на высоченных каблуках, а плывёт по волнам, колыхая бёдрами, как морская нимфа из мультфильма.

Мая, самая красивая девушка в нашей школе, была постоянно окружена свитой подруг, как королева фрейлинами. Впрочем, она и была королевой школы, затмевая красотой всех вокруг. Мая пришла в нашу школу в конце прошлого учебного года и покорила сердца абсолютно всех: как учащихся, так и учащих. Даже наша строгая завуч по воспитательной работе была не в силах устоять перед её обаянием. Не смог и Дима. Все знали, что Мая ему нравится, он оказывал ей знаки внимания, ведя себя перед ней то как рыцарь, то как аристократ. Но, к превеликому сожалению парня, сама красавица относилась к нему как приложению на своём телефоне, не особо ценному, но необходимому, которое нет возможности удалить. Часто она холодно отшивала его при предложениях провести её до дома. Это видели все. Это знал и я. И вот теперь эта прелестница стоит прямо передо мной, смотря в глаза, что очень легко, учитывая её рост и каблуки.

Я бы легко мог подумать, что она идёт не ко мне, оставив своих подруг перешёптываться за спиной в нескольких метрах, и смотрит не на меня, если бы девушка не произнесла, тихо, почти шёпотом:

— Открой портал.

Я с силой зажмурил глаза, отчаянно пытаясь убедить себя в том, что это или сон, или иллюзия. Но она взяла меня за плечо, чем окончательно сделала бессмысленными попытки убедить себя в нереальности происходящего.

  — А ты забавный! — громко сказала она и залилась своим обворожительным смехом.

Я открыл глаза, а девушка все ещё стояла передо мной, ожидая ответа. Бросив мимолётный взгляд в ту сторону, откуда почувствовал недобрые веянья, я увидел Диму. Он смотрел на нас и менялся в лице, становясь то красным от ярости, то зелёным от презрения. Я чувствовал себя донельзя нелепо — со мной заговорила первая красавица школы, а я могу думать только о том, что мне окончательный и безоговорочной капец. Если до этого издевательства Димы, хоть и были мерзкими, носили безобидный характер, то теперь он сотрёт меня в порошок. Уничтожит. Может, перевестись в лицей к двоюродным братьям?

Сейчас же в обществе Маи я понял, что все события до сегодняшнего дня стали для меня незначительным, как если были бы репетицией к спектаклю. А само представление начинается только сейчас. Происходит что-то такое, что важнее и меня, и Димы, и Маи. С внутриутробным чувством главенства своей роли и невесть откуда взявшейся смелостью я тихо прошептал ответ:

— Я не знаю как.

Мая улыбалась и кокетливо накручивала на палец локон медных волос.

— Если хочешь, — сказала она, снова пройдясь ладонью по моему плечу, — я могу прийти к тебе домой и помочь с этим.

Я густо покраснел. От того, что она меня вновь коснулась, ведь никогда ранее меня не трогала девушка, только если не хотела толкнуть. От её предложения, которое казалось в этот момент самым непристойным. От осознания того, что сейчас за нами наблюдает целая толпа народу, практически все ученики, находящиеся с нами на одном этаже.

— Приходи, — вымолвил я, стараясь вложить в это слово максимум беспристрастия, что у меня имелось. Наверное, я использовал весь запас хладнокровия на много лет вперед.

— Тогда после уроков, да? — Она сказала это так громко, чтобы рядом стоящие смогли услышать.

Я кивнул. Мая, удовлетворённая моим ответом, вернулась к подругам. А те, как блаженные, смотрели на свою королеву, ожидая, что она им поведает.

Я посмотрел туда, где стоял Дима, и сглотнул. Весь его облик выражал такую агрессию, какой я ни разу не наблюдал за эти три года. Он уже лупил меня ногами и руками в своем воображении, это было видно по глазам. Теперь мне не избежать физического насилия с его стороны. Не помогут отныне ни выполнения домашних заданий, ни молчаливая кротость, с помощью которых я раньше избегал побоев.

Но сейчас он смерил меня взглядом с головы до ног и, сжав кулаки, удалился. Он не станет бить меня в школьных коридорах. Подождёт окончания занятий и подловит по дороге домой, так уже не единожды это делал. Так что до последнего урока я в относительной безопасности. Едва Мая отошла, как моя смелость мгновенно улетучилась, и я начал поспешно придумывать, как избежать экзекуции хотя бы сегодня. Решение пришло ко мне быстро — я отправился в медпункт и, сославшись на боль в животе, получил освобождение от последнего урока, физкультуры. Медсестра спросила, позвать ли кого-то из класса, чтобы сопроводить меня домой, но я солгал, что позвоню тёте и та заберёт. Солгал и даже не запнулся. А покинув здание школы, запаниковал — вдруг Дима просёк мой план и уже ждёт за углом, я и вправду подумал, что стоит позвонить тёте Вите. Она заберёт, я попрошу о срочном переводе в лицей, честно рассказав, что в этой школе стал изгоем. Но когда, завернув за угол, судорожно держа палец на сенсоре телефона, никого там не обнаружил, успокоился. Быстро дойдя домой, принял холодный душ, стараясь привести мысли в порядок. Это помогло только в одном — я ужасно замёрз.

Распахнул дверь комнаты. Старинный шкаф стоял и смотрел на меня открытыми дверцами, я оставил их в таком виде в прошлый раз, когда шарил на полках. Подошёл и стал всматриваться в огромную, с человеческий рост, металлическую дверь сейфа внутри шкафа. Почесал лоб. В одной из груды рукописных книг я видел комбинацию цифр для кодового замка. Если повезёт найти его, можно попробовать открыть дверь сейфа. А потом… Что потом? Я понятия не имел, что будет после. Не понимал, почему должен вообще искать этот код, открывать эту дверь и уж тем более не представлял, что найду за ней. Но было у меня непоколебимое чувство правильности своих действий. Правильности намерений.

Едва поняв это, я обнаружил, что, несмотря на все усилия, так ничего и не нашёл. Выругавшись про себя самыми отвратными словами, которые знал, я решил сделать перерыв и выпить чай. Ожидая, пока закипит электрочайник, смотрел в окно. Погода была мерзкая. Крупный осенний дождь тарабанил по стёклам. За стеной ливня ничего не было видно. Всё-таки хорошо, что я ушёл пораньше, иначе бы весь вымок. Внезапная мысль смачным щелбаном щёлкнула меня по лбу. Мая! Я же должен был прийти домой с Маей. Но так зациклился на страхе перед Димой, что напрочь забыл о ней. Должно быть, она думает, что я распоследний трус. А что она до этого думала обо мне? Наша красавица вообще меня не замечала. Может, сейчас решила поглумиться надо мной таким образом или заставить Диму ревновать. Но тогда откуда она узнала о портале? Может, именно она с самого начала все это организовала? А я стою тут и пытаюсь открыть сейф, как дурак. Не знаю, сколько я ещё протоптался бы на месте, глупо пялясь в окно и рассуждая о коварстве девичьей натуры, если бы не подскочил от звонка в дверь.

Я поплёлся в коридор. Взглянул в глазок и оторопел. Там стояла Мая. Она смотрела куда-то вниз, ожидая, пока ей откроют. Перед глазами у меня пронеслась картина, как я распахиваю дверь, чтобы впустить её, а ко мне вламывается Дима и начинает бить. Все соседи ещё на работе и помощи ждать не от кого. Разве что от полуглухой бабушки из квартиры в конце коридора, которой я иногда помогал носить продукты из магазина. Но она вряд ли услышит, даже если я буду вопить как резаный. Вот только… Стоп. Мая не знает, где я живу. И Дима не знает. Или он проследил? Маловероятно, я всегда осторожничаю. Я бы заметил, если бы за мной следил кто-то…

— Давай открывай, — услышал я голос Маи. — Я слышу, как ты дышишь.

Закрыл рот ладонью.

— Я промокла вся, и мне холодно. — Она не унималась — Открой. Пожалуйста.

И вот у меня перед глазами снова картинки, на этот раз уже отрывки из фильмов ужасов, там, где монстр прикидывается кем-то другим и просит впустить. От страха у меня затряслись поджилки.

— Я одна. И я никакой не монстр. — Мне показалось, что я вот-вот грохнусь в обморок. Она читает мысли?

— Не бойся меня, Ваня. Я хочу помочь открыть портал.

Это уже было выше всяких сил. Она читала мои мысли и знала о портале. Паника сковала тело, и взор застелила пелена.

Я очнулся на полу перед входной дверью. Не знаю, сколько прошло времени. Я и в правду от страха потерял сознание. Поднялся и зашипел от боли. Падая, ушиб колено и руку. За дверью послышался шуршащий звук, и я застыл, прислушиваясь. Страх вновь сковал сердце. Она не ушла. Едва сумев совладать с собой, я прильнул к зрачку. Мая стояла в коридоре и смотрела прямо на меня. Я отпрянул. Она шумно вздохнула.

— Ты не откроешь, да? — сказала она как-то устало. — Знаешь что? Иван, я могу влезть к тебе через окно, прямо на девятый этаж. Просто сейчас ещё светло, и я не хочу, чтобы кто-то увидел. — Она помолчала. — Но если придётся, я сделаю это. А если вынуждена буду карабкаться к тебе по стене под проливным дождём, учти, — в её голосе послышалась угроза, но какая-то по-детски невинная, — отлуплю не хуже, чем это сделал бы Дима, если бы поймал.

Это заявление показалось мне смешным, и страх отступил. Впервые в жизни помолившись и сказав себе: «Будь что будет», — я повернул ключ в замке и нажал на ручку. Дверь открылась. Мая стояла в коридоре. Куртка на ней была мокрой, но уже немного подсохшей, как и кончики волос. Она подхватила зонт, который до этого стоял разложенным на полу, с хлопком закрыла его и вошла. Я запер дверь.

— Видишь? — сказала она, снимая сапоги. — Я тебя не съела. Так как ты заставил меня ждать, — она сняла куртку, — с тебя горячий душ, сухая одежда и чай.

И она, вручив мне куртку, стала раздеваться. Я стоял как вкопанный, наблюдая за постепенно оголяющимся телом будущей королевы выпускного. Сперва она осталась без колготок, а после сняла и платье, представ передо мной в чёрном кружевном белье. Раньше я видел девушек в таком виде разве что в журналах и в интернете.

— Что стоишь? Принеси полотенце и что-нибудь надеть. — Она открыла дверь в ванную, включила свет. На пороге забросила руки за спину и сняла лифчик. Поняв, что я не двинулся с места, повернулась — и мне открылся прекраснейший вид. Она слегка наклонилась и сняла трусики, давая возможность рассмотреть все свои прелести. И небольшую, аккуратную грудь, и наголо выбритую женскую промежность. Видно было, что она ни капли не стеснялась. А я почувствовал, что у меня в штанах стало тесно. Мая положила руку на мой пах и, сделав впечатлённое лицо, изрекла:

Купить (продолжение)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

10 − два =